Скуляев (быстро перебивает). Например?..
Смотрят друг на друга в упор. Пауза.
Шахов (неторопливо, отчетливо). Вам нужен конкретный пример?.. Эпизод?.. Случай?.. Источник?..
Скуляев (нетерпеливо). Да-да, ты же знаешь, я - человек конкретный! Терпеть не могу демагогии!..
Шахов (с усмешкой). Изволь!..
Склоняется к своей сумке, некоторое время что-то ищет, слегка погромыхивая пустыми бутылками и шурша бумагой, затем выпрямляется, подходит к столу и кладет на него небольшую тарелочку, предназначенную, скорее всего, для кондитерских десертов, подаваемых к чаю. Поднимает руку, щелкает незаметным, свисающим с потолка, выключателем, и над столом вспыхивает лампа, вмонтированная в автомобильный отражатель. Чердак озаряет яркий световой конус. Скуляев и Наталья молча, не трогаясь с мест, смотрят на тарелочку. Наконец Наталья вытаскивает из ридикюльчика носовой платок и осторожно, стараясь максимально скрыть брезгливость, берет тарелочку за край и внимательно осматривает ее. Скуляев смотрит на жену, следит за ее реакцией. Но при этом не трогается с места. Пауза.
Скуляев (не выдерживает). Ну, что там?..
Наталья (сухим тоном эксперта-профессионала). Агитационный фарфор. Двадцатые годы. Музейная вещь.
Скуляев (чуть дрогнувшим голосом). Сколько?..
Наталья (пожав плечами, бесстрастно). От пятисот до полутора тысяч, в зависимости от того, кому предложить: нищему музею или богатому коллекционеру... Разумеется, знатоку...
Скуляев (с иронией и в то же время легкой завистью в голосе). Подумать только!..
Шахов молча, сложив руки на груди, наблюдает за этой сценой. За его спиной с потрескиванием разгорается буржуйка. Скуляев переводит взгляд на него.
Скуляев (c насмешливым восхищением). Тут бьешься, крутишься как белка в колесе с утра до ночи, а счастье-то, оно вот где, совсем рядом, только руку протянуть!..